Какой случай в Вашей переводческой практике был самым трудным?
Со мной происходило много различных интересных ситуаций. Самый трудный случай в моей практике одновременно очень смешной. Мы, советские синхронисты, часто работали на высоких партийных государственных мероприятиях. Обычно они происходили в Георгиевском зале, там стояли кабинки, где мы и занимались синхронным переводом.
И вот однажды мы ожидали выступления руководителя шведской компании. Так как в то время шведский язык не был рабочим, мы предположили, что говорить он будет на немецком языке. Наша кабина стала ведущий, через нас шел перевод с немецкого на русский, остальные же переводили за нами.
Когда же делегату дали слово, оказалось, что говорит он вовсе не на немецком языке, а по-английски. Я все-таки не английский специалист, однако, делать было нечего - начал переводить. Одновременно с этим я стал искать пути решения сложившейся ситуации. Сначала я попробовал позвать своего напарника, приоткрыв кабину и помахав ему рукой. Однако он не понял мой жест. Тогда я написал на бумажке "SOS" и начал размахивать ее. Вот тогда мой напарник, наконец, подбежал ко мне, и техники переключили шведского спикера на другую кабину.
Самое смешное, что больший шок в этой ситуации испытал не я, а переводчик с английского. В то время как он спокойно переводил с русского на английский, ему в наушники вдруг начала поступать английская речь. Такой вот психологический шок.
А так неразрешимых трудностей в принципе не было. Достаточно трудно было переводить Хрущева, так как он любил импровизировать, рассказывать всякие байки, иногда даже на украинском языке. Вначале это создавало определенную сложность, приходилось выкручиваться, что-то придумывать, а потом привыкли и стали относиться к этому спокойнее.
